Главная » 2016 » Январь » 19 » 100 лет со дня рождения поэта, прозаика, драматурга, публициста Жамсо Тумунова
14:06
100 лет со дня рождения поэта, прозаика, драматурга, публициста Жамсо Тумунова

Солдат пера, солдат Победы


«Самый краткий путь домой только через Берлин. Вижу нашу природу. Вот степь Аги, озера Еравны, полноводье Селенги, осенний Байкал», - это строки из фронтового дневника писателя Жамсо Тумунова, чье имя вписано в литературу Бурятии и СССР. Сын своего народа, он нежно любил тоонто – малую родину Табтанай, вершины Саханая и Алханая, ненавидел нацизм, радовался Победе в далекой Праге. Писатель и солдат мало прожил, но оставил приметный след после себя в делах и поступках.

 

В 1927 году одиннадцатилетний Жамсо переступил порог школы крестьянской молодежи в родном селе. По словам его однокашника, известного ученого и историка Жигжитжаба Доржиева, Жамсо всегда был «горазд на добрый юмор и веселые забавы».
Через семь лет блестяще окончив ШКМ, юноша Жамсо Тумунов становится учителем Зуткулейской начальной школы. А заведующим школой работал строгий Базар Ринчино, выпускник педучилища, будущий Герой Советского Союза. Там же работал учителем Цырендоржи Дамдинов.
У старого учителя сохранилась фотография, где они стоят рядом с Жамсо в бурятских длиннополых дэгэлах-шубах, а перед ними сидит бабушка Цыжэ. А снимок, кстати, сделан весной 1935 года Базаром Ринчино, большим фотолюбителем. 
Сам Цырендоржи-ахай участвовал в самых жестоких боях под Ржевом и на Курской дуге, где был тяжело ранен, переведен нестроевым в войска Московского ПВО, налетов на Москву уже не было, нестроевые восстанавливали линии газопровода. Это оказалось потяжелее, чем на фронте. Вернулся с войны с орденами Славы II и III степеней, боевыми медалями, к которым позже прибавится медаль «За трудовую доблесть» на учительском поприще. Цырендоржи-ахай рассказывал о детстве Жамсо Тумунова, отроческих годах его у подножья вершин Саханая, Долон-Нуре (Семиозерье), где стояла юрта родителей писателя. Летом 1935 года Жамсо отозвали в распоряжение Бурятского комсомола (Агинский аймак входил в состав БМАССР) и направили в озерную Еравну пионервожатым района. Там Жамсо познакомился и подружился с Жамьяном Балданжабоном, своим земляком из Аги, будущим автором романа «Голубые сопки», повестей «Беркут», «Последняя табиса», «Тайны Алханая». Им обоим повезло. Жамьян Балданжабон редактировал местную газету «За молоко и мясо», а Жамсо стал постоянным автором. И эту дружбу два писателя пронесли через всю оставшуюся жизнь. 
Из Праги 1945-го в память о боевых походах в рядах Красной Армии Жамсо писал на открытке Жамьяну Балданжабону: «Пройдут годы … наши дети увидят эту открытку и позавидуют нашей дружбе и эту дружбу продолжат». А пока Жамсо разучивал с ребятами пионерские песни у костров, ездил в Москву, встречался с Надеждой Константиновной Крупской, выбивал деньги на строительство первого Дома пионеров в Еравне. Здесь Жамсо обрел еще одного большого друга – Цокто Номтоева, молодого учителя, будущего поэта-фронтовика, Героя Труда. Как-то читая свои стихи у пионерского костра, Жамсо признался Цокто: «Знаешь, мой друг, Сэсэгма совсем мне голову вскружила».
- Не знал я тогда, что рождалась замечательная драма «Сэсэгма», рукопись которой автор увозил с собой на учебу в Улан-Удэ, - рассказывал Цокто Номтоев. – Я тогда просто подумал, что мой юный друг по уши влюбился в какую-то вожатую. 
Однокашник по ШКМ и земляк Жигжитжаб Доржиев, когда в родном селе готовил к открытию музей имени писателя, вспоминал:
 - В 1938 году я поступил в Читинский пединститут и на каникулы поехал в Улан-Удэ к Жамсо. Он впервые мне прочитал пьесу «Сэсэгма» и поделился мыслью, что хочет осуществить ее постановку в Аге. Я настоял, чтобы премьера состоялась в Чите перед студенческой аудиторией. Приехав домой, обратился за помощью к преподавателям и студентам. Афишировали как умели, привлек всех студентов-земляков. Премьера состоялась на сцене клуба железнодорожников, пришли все земляки-агинчане, преподаватели и студенты. 
Автор и Жигжитжаб Доржиев рассказали сюжет пьесы на русском языке. Молодые бурятские актеры порадовали зрителей прекрасным исполнением, что было понятно и без знания языка. Специалисты оценили по достоинству эмоциональность и свежесть красок. Преподаватель литературы пединститута Нина Арсеньева опубликовала в печати рецензию с добрыми напутствиями молодому автору. 
Жамсо Тумунов вскоре встретил свою большую и настоящую любовь – артистку драмтеатра Ханду Намсараеву. За год до войны у них родился сын Батор, имя которому дал старейшина бурятской литературы Хоца Намсараев.
С первых дней войны Жамсо надел гимнастерку с офицерскими петлицами. Был он высок и статен, с черными глазами, мягкими чертами лица, запомнился всегда живым, открытым и общительным. Таким он шел по главной улице Улан-Удэ, ставшим родным и близким, где на сценах драмтеатра и профклубов с успехом шла его пьеса. Он уходил защищать Родину, и, обращаясь к жене, сказал: «А теперь вы вдвоем возвращайтесь домой, береги сына». Об этом пишет в своих воспоминаниях Ханда Намсараева. Вскоре семья получила письмо из Баян-Тумэна, что в монгольских степях Жамсо Тумунов стал военным корреспондентом редакции газеты 17-й армии. «Однажды Жамсо был проездом в Улан-Удэ и принес к нам в издательство большую поэму «Материнское напутствие», - вспоминал на страницах «Правды Бурятии» поэт Цыден Галсанов. – Мы удивлялись, когда он успевает писать. Решили издать отдельной книгой. В том же 1942 году вышел сборник его рассказов «Степной орел». Товарищи по литцеху не зря прозвали Жамсо «степной орел», человеком орлиного полета».
В октябре 1944 года ЖамсоТумунов прибыл в действующую армию 3-го Белорусского фронта. Назначили заместителем комбата 162-го гвардейского Краснознаменного полка 54-й орденов Ленина, Красного Знамени, Суворова и Кутузова гвардейской дивизии 3-го гв. корпуса 28-й армии. «Я теперь от вас далеко, часто во сне вижу тебя и Батора, - писал Жамсо домой. – Сегодня прошагали 10 км по грязи, сильно устал и так каждый день. Меняются названия сел, городов, которые мы освобождаем. Многие из них фашисты сильно разрушили и надо их за это бить без жалости. Впереди у нас большие дела. В редкие свободные часы пишу, отправил в Буриздательство небольшой сборник … Особым геройством похвастаться не могу, воюю как и все. Постарайся, чтобы Батор рос настоящим человеком. Если судьба будет благосклонна ко мне, я вернусь к вам. Идут жестокие бои. Крепко целую. Сынок, целую тебя в лоб. Твой отец».
Верный симоновской заповеди фронтовых журналистов: «Реже рискуешь – меньше видишь, хуже пишешь», Жамсо Тумунов постоянно вел дневниковые записи. Он попадал в такие переплеты, что за короткий срок был ранен не раз. Из госпиталя сообщал жене: «Многих дорогих товарищей я потерял. От 300 осталось нас только 70. В атаке я шел впереди и удивляюсь, как остался жив. Подлечусь и снова пойду в бой …».
Жамсо Тумунов часто писал письма домой: семье, друзьям, издателям. Просил, чтобы один экземпляр машинописного текста рукописи непременно передали жене. Не случайно поэтому на фронтовых тетрадях писателя видишь надпись: «Все мои бумаги должны быть доставлены по адресу: г.Улан-Удэ, ул.Шмидта, 30, кв. 15. Намсараевой Ханде».
И такая надпись правомерна, когда порой от штурмовых батальонов оставалось в живых меньше трети бойцов. Как один из летописцев великой войны, Тумунов считал, что литератор вместе со всеми обязан с оружием в руках защищать Отечество, хотел, чтобы правда о войне дошла до адресата – читателя и его сердца. Как пишет Ханда Намсараева, фронтовик живо интересовался всем, что происходило за Байкалом, спрашивал о своих друзьях – Дугаре Мижидоне, Цокто Номтоеве, Доржи Норбоеве. А его друзья и два брата тоже воевали, мать по-прежнему работала на ферме, отец пахал, сеял, убирал хлеб. 
Осенью в пору уборки хлеба Ханда с сыном и Даримой, младшей сестрой мужа, навестила родителей в Табтанае. Мать Жамсо призналась невестке: «Работаю как могу, лишь бы была какая-то помощь нашему государству, нашим сыновьям на войне».
Да, батальонный комиссар ЖамсоТумунов наметил себе «кратчайший» путь домой - через Берлин, победный май встретил в ликующей Праге, где им написан прекрасный рассказ «Веда», повествующий о судьбе чешской девушки-партизанки. У писателя-фронтовика на память о той незабываемой пражской весне сохранился редкий снимок: капитан Тумунов со счастливой улыбкой сидит под деревом, которое начало цвести, а внизу, наверное, раскинулась, захватывающая дух панорама Злата Праги. А на гимнастерке победно сверкают ордена Отечественной войны обеих степеней, боевые медали. 
Нетерпеливо, 9 мая 1945-го года, гвардии капитан сообщал родным: «Мои дорогие! Наконец-то мы закончили войну. Это письмо пишу из Чехословакии, снова над нами мирное небо, яркие лучи солнца. Впереди у нас счастливые встречи. Крепко целую, обнимаю! С Днем Победы!». Через Прагу боевой офицер вернулся домой, полный надежд, творческих замыслов, прямо с поезда направился в театр, где работала Ханда.
- Вошел гвардии капитан, и вся грудь в орденах-медалях. Таким он предстал перед нами, - вспоминала позже жена, друг и верный помощник писателя. 
Писатель с головой ушел в работу, в печати появляется выстраданная на фронте поэма-монолог «Четыре года», стихи о той невиданной схватке, когда сошлись добро и зло, когда на всех выпала общая беда и на всех одна Победа. Сдан в набор роман «Степь проснулась», много сил и времени отнимают работа в секретариате Союза писателей, депутатские заботы в горсовете. К боевым наградам прибавляется медаль «За трудовое отличие». Фронтовик торопился жить, учиться и творить. Поступил в Москве в высшую партшколу. В годы учебы дружил с сибирскими писателями Георгием Марковым и Константином Седых, приезжая в родное Забайкалье, непременно наведывался к Василию Ивановичу Балябину и Жамьяну Балданжабону. 
Жамсо Тумунову в правительстве Бурятии предложили портфель министра культуры, проработав чуть больше года, он уходит с этой хлопотной работы по состоянию здоровья. Болезнь прогрессировала, не помогли московские врачи, тем не менее, Тумунов участвует в писательских съездах, закончил роман «Золотой дождь», опубликовал десятки статей, очерков, рассказов. Его близкими друзьями в середине 50-х были поэт Цырендулма Дондокова и великий бурятский певец Лхасаран Линховоин. Солдат пера, солдат Победы старался не показать свои страдания, был отзывчив, шутил, смеялся. В его груди билось благородное сердце поэта и гражданина.

 

 Юрий МАНУЕВ, сборник «Они ковали Великую Победу», 
п.Агинское, 2015 г. 

Публикуется в сокращении.

Прикрепления: Картинка 1
Просмотров: 1678 | Добавил: Admin | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright © 2020 Агинская правда. Design created by ATHEMES